И только в 85-м году, когда произошла перестройка и был написан сценарий, нам удалось отстоять кое-какие позиции. По тем временам слова «дыба», «пытка», «допрос», «казнь», которые присутствовали в повести, были не очень приняты. Сценарий был переписан мною и Ниной, поэтому в титрах в строке «Сценарист» стоит и моя фамилия. Хотя мы рассчитывали на пять серий, но нам сократили фильм до четырех, которые и увидели зрители.

В начале 70-х я снимала фильм «Исполнения желаний» по роману Вениамина Каверина. Изменить название повести «Трое из навигацкой школы» было моей идеей. Это был любимый клич Каверина из его романа «Два капитана». Помню, когда мы вместе с ним в Переделкине работали над сценарием, то сильно спорили из-за творческих разногласий, разбегались, а потом Каверин говорил: «Светлана Сергеевна (подчеркивая отчество, потому что я была совсем молодым режиссером)», ну, «Гардемарины, вперед!». Вот благодаря этой памяти я и назвала фильм «Гардемарины, вперед!».

«Гардемарины, вперед!»: как снимали культовый фильм

Долго не могли найти актрису на роль Анастасии Ягужинской. К примеру, совсем юную Татьяну Лютаеву мы взяли почти без проб. В то время был в моде «Мочалкин блюз» группы «Аквариум». И тут пришел Миша, наш сын, он учился в это время с ней вместе во ВГИКе, и сказал: «У нас есть такая милая «мочалка». Действительно красивая, старательная и хорошо сыграла. Пришла Таня, а она из Одессы и говорила с сильным акцентом, усеченными гласными. Но озвучивала ее героиню моя любимая Анна Каменкова – у нее дивный теплый голос, и она часто меня выручает. В конце съемок у Тани в животе уже билось сердечко ее дочечки Агнии, актриса была на седьмом месяце беременности, мы прикрывали ее черным плащом и старались делать крупные планы. Тут надо отдать должное Лютаевой, она с пониманием отнеслась к тому, что ее озвучивала другая актриса, и никогда этого не скрывала.

«Гардемарины, вперед!»: как снимали культовый фильм

Я ведь и сама актриса. – Во всех моих фильмах хорошие актеры. Я горжусь тем составом, и все они с удовольствием снимались: Евгений Евстигнеев, Владислав Стржельчик, Михаил Боярский, Виктор Павлов, Иннокентий Смоктуновский, Александр Абдулов, Олег Ануфриев, Семен Фарада и молодые ребята. И у меня есть нюх.

«Гардемарины, вперед!»: как снимали культовый фильм

Дмитрия Харатьяна предложил мой муж (оператор Анатолий Мукасей. В роли Алеши Корсака должен был сниматься Юрий Мороз, но он нас подвел. «Антенны»). – Прим. Когда мы готовились к работе над «Гардемаринами», он вернулся со съемок мексиканского фильма «Надежда» («Эсперанса»), сказал мне, что видел там молодого талантливого мальчишку, и предложил попробовать.

«Гардемарины, вперед!»: как снимали культовый фильм

В фильме нет ни всхлипа, ни вздоха Жигунова. А вот Сергей Жигунов, сыгравший Сашу Белова, не упоминал, что за него говорил Олег Меньшиков. Но Олег сказал: «Хватит ему делать подарки, пусть его озвучивает Герасимов». Более того, в картине Евгения Герасимова «Поездка в Висбаден» Меньшикову тоже предлагали озвучить Жигунова. И Герасимов действительно это сделал.

«Гардемарины, вперед!»: как снимали культовый фильм

Я помнила ее с 10 лет, со съемок «Чучела», когда она отважнейше, не по-детски выступила в своей первой работе. Во второй части «Виват, гардемарины!» появилась Кристина Орбакайте. Я Орбакайте, из рода Орбахов». Когда Быков пытался ее уговорить, чтобы в «Чучеле» в титрах поменять фамилию на Пугачева, она сказала: «Что вы? Но я знала, что будет играть Кристина. На роль Фике я пробовала многих, в том числе и Марию Максакову, которая тогда была похожа на своего отца, а не на красавицу-мать.

К примеру, всем, кто в фильме скачет на лошадях, необходимо было пройти всем курс подготовки и получить документ, что они скакуны третьей группы. У нас был серьезный договор со всей съемочной группой и актерами с четкими условиями. Также у нас проходили тренировки в спортивном зале, которые проводил Владимир Балон. Саша Домогаров, который снимался в третьей части, так научился ездить на лошади, что его пригласили в Польшу на роль в картине «Огнем и мечом» Ежи Гофмана. Как правило, трюки актеры выполняли сами, были хорошо подготовлены. Он обучал фехтованию на шпагах, ставил все сцены драк. В то время утаить совмещение было невозможно. А самое главное условие – актеры не имели права совмещать эту картину с другими проектами. Поэтому, когда кто-то говорит, что был в то время в черном списке по идеологическим соображениям, мне становится смешно, потому что знаю: этого человека не снимали из-за того, что он нарушал условия договора – мог запить или опоздать на съемку из-за того, что параллельно снимался в другой картине. Тогда в Госкино и на телевидении знали всех актеров, занятых в тех или иных фильмах по Советскому Союзу.

Я всегда работала с Геннадием Гладковым, с которым мы друзья. — Композитор Виктор Лебедев в «Гардемаринах» появился случайно. Лучшей своей работой с Гладковым считаю «Дульсинею Тобосскую». Считаю, что музыка в кинематографе – колоссальная краска, во многом помогает вытянуть как отдельные образы, так и фильм в целом. А Витю Лебедева меня долго уговаривали принять в команду, и в итоге мы с ним подружились. И мы должны были сотрудничать и в «Гардемаринах», но у него появилось весьма заманчивое предложение от Аллы Суриковой в фильм «Человек с бульвара Капуцинов». Прекрасно работал в «Небесных ласточках», но он не навязывает себя никогда. Он великолепный композитор, питерский интеллигент. Например, Спилберг пригласил его написать музыку к документальной картине «Холокост допустили люди». Мало кто знает, он весьма раскручен за рубежом. Песни пошли в народ. Так что в «Гардемаринах» обмен композиторами получился достойным. — Прим. За многих, к примеру, за Шевелькова (в первой части сыграл Никиту Оленина. Так как Харатьян пришел на роль после Мороза, его партии тоже записал Анофриев. «Антенны») поет Олег Ануфриев. Никогда не забуду тот день: была суббота, Дима исполнил свои песни не под фонограмму, а под живой оркестр. И мне пришлось доказывать Лебедеву, что все нужно переделать, петь должен Харатьян. Витя послушал и сказал: «Оставляем эту запись!»

В 80-е годы практиковались договоры, и я приглашала директоров музеев на должность консультантов фильма и по возможности выбивала им какие-то приличные суммы. Я делаю исторические фильмы и очень люблю музейных работников. В Петергофе в основном снимали белыми ночами, после ухода последнего посетителя. Мы отлично работали, аккуратно, после нас не было нареканий, нас любили смотрительницы, которым мы тоже давали возможность подзаработать. А потом в 90-е, когда я снимала «Тайны дворцовых переворотов», как говорят, долг платежом красен, мне было позволено работать с реквизитом, до которого даже дотронуться никому не дают, платя совсем небольшие деньги.

Многое сняли в Твери, потому что она была последней остановкой из Москвы в Петербург по дороге на коронацию. — Я научилась работать на минимальных деньгах. Набережная на Волге тоже застраивалась как бы под петербуржскую. Там потрясающие окрестности, масса прекраснейших путевых дворцов и один роскошный голубой. Когда мой муж снимал «Чучело», я бывала в тех местах и видела, насколько там прекрасен русский пейзаж. Нам пришлось лишь что-то декорировать. А все остальное – это съемки в музеях Кускова, Петергофа, Архангельском…

0
Санитайзеры. Антисептики. Москва. Доставка.