— Там был совсем маленький проходной эпизодик, и я сразу решил отказаться от участия, так как моей работы был всего один день. — Помню наше первое общение с Олегом, когда меня пригласили на фильм «Служили два товарища» (1968), – рассказал «Антенне» актер Николай Бурляев. И я решил: да пойду я к ним на один день, чтобы их всех обнять. Но когда мне объявили, что со мной будут сниматься Владимир Высоцкий – мой старый партнер, которого я не видел уже пять лет после «Иванова детства», он уже прославился, и мне было интересно посмотреть, каким он стал, и моя подруга Ия Савина, с которой мы играли в Театре Моссовета, другие мои друзья – Ролан Быков, все родные. Мне сказали, что это один из героев. И вот я пришел на примерку в костюмерную, и мы там оказались вчетвером: Быков, Высоцкий и какой-то молодой человек в той форме, в которой он играл эту роль. — Прим. Я его не знал – не видел фильма «Щит и меч» (кинодебют 24-летнего Янковского в роли Генриха Шварцкопфа прославил его на всю страну. Он сидел и смотрел, как мы общаемся, но я уже тогда отметил, как он присутствовал рядом, этот молодой актер. «Антенны»). Но взгляд у него был тихий, уважительный, добрый, внимательный – это был Олег. У него были бледные актерские данные, и я решил, что это однодневка, приглашенный на фильм о гражданской войне. Потом, когда он работал над этим фильмом, мне рассказывали, что режиссер обращался к авторам сценария Дунскому и Фриду, что у главного героя, которого играл Янковский, почти не было текста. Такое у нас было молчаливое общение почти полвека назад. Но авторы, видно, это в нем почувствовали и сказали: пусть болтает Быков, а этот молчит и смотрит. У второго героя, которого играл Быков, было полно текста, а у этого нет. Почувствовали умение глубоко следить душою за происходящим, мыслить на экране, и потом все это подтвердилось.

Первый – это совместный советско-норвежский фильм «Под каменным небом» 1974 года Игоря Масленникова, где я играл главную роль разведчика. У нас с ним после этого было три совместных проекта, в которых мы почему-то не соприкасались. Там он подошел ко мне и рассказал, что они с Андреем Тарковским начали работать над «Зеркалом», и хотел узнать у меня, что он за человек – он ему показался жестким. Олег, у которого был контакт с режиссером, видно, решил приехать в Норвегию. Это нас сблизило, и Тарковский стал для нас паролем в жизни. Так что мы с Олегом сошлись на почве Тарковского. Я ему говорил, чтобы он не обращал внимания, что он, действительно, жесткий. Из-за этого мы испытывали друг к другу равное уважение, потому что Тарковский – это планета, гений, и все актеры, которые у него играли имели некий общий пароль. Самая высшая похвала у него – «сыр-рокфор», значит, все хорошо. Актеров редко балует. Через два года после этого в 1976 году у нас был фильм Игоря Масленникова «Сентиментальный роман». Но обычно недоволен, актеров держит в напряжении. Мы с Олегом там работали у микрофона. Я был приглашен озвучить роль за главного героя, чтобы помочь ему что-то проявить еще в характере. Но там мы тоже не соприкасались в кадре. И третий проект: в 1983 году нас пригласили в Киев сняться в фильме «Вечера на хуторе близ Диканьки». У нас были отдельные съемки, но мы пересекались в гостинице, на застольях. Я играл Ивана Шпоньку, а он роль рассказчика-повествователя.

Всех прощал и не обижался: каким был Олег Янковский

Я посмотрел фильм – увидел интересного актера, посмотрел «Щит и меч», где он сыграл совершенно другого героя – немца Шварцкопфа, и стало интересно, какой актер появился. После этого краткого общения в костюмерной я его не видел. И дальше он это подтверждал каждой ролью – началось его восхождение к калибру кинематографа.

Всех прощал и не обижался: каким был Олег Янковский

Я туда приехал по приглашению Марка Рудинштейна. Потом прошли годы, и мы с ним встретились на «Кинотавре». Но я там увидел Олега в роли президента, с трубкой, он уже был звезда. Мне там все не понравилось, такая пьянка-тусовка у черного моря, и я сказал Марку, что больше туда не приеду. Но у нас отношения были ровные, добрые.

Нам с Олегом понравилась одна девушка, и мне казалось, что она выбрала меня. Далее у нас был конфликтный эпизод жизни – треугольник. Олег красиво и молча отошел в сторону, чем меня потряс – своим аристократизмом в непростой ситуации. У нас с ним не было выяснения отношений, но я видел, как благородно он отнесся к этой ситуации. И у нас осталось чувство расположения друг к другу.

Захаров принял приглашение и сказал, что для него честь играть на таком форуме. Пошли еще годы, я создал театральный форум «Золотой витязь» и пригласил туда в 2007 году спектакль Марка Захарова «Женитьба», где играл Олег. Я смотрел на сцену и радовался, что ушел из театра и мне не надо выполнять указания режиссера и играть какие-то натянутые роли. Мне спектакль, честно говоря, не понравился, но там играли мои друзья: Олег Янковский, Саша Збруев, с которым я работал в этом театре в 1987 году. Наше жюри присвоило спектаклю «Золотой альбом» за лучший актерский ансамбль: Янковский, Броневой, Збруев.

Он это отдельная планета со своей душой, взглядом на мир, глубиной, способностью думать на экране так, что за ним интересно следить. Сейчас, когда Олега нет, ясно, что это ярчайшая звезда кинематографа XX и начала XXI века, что таких актеров, как он, нет и не будет. Во всем, что Олег Янковский делал и в театре, и в кино, была сила человеческого духа.

Я позвонил ему и сказал, что мы приняли присудить ему главную награду нашего кинофорума «Золотой витязь» – золотую медаль имени Сергея Бондарчука за выдающийся вклад в кинематограф. И последнее наше общение было по телефону за год до ухода Олега из жизни. Но я ему сказал, что он этого достоин, и попросил прилететь хотя бы на день, чтобы ему ее торжественно вручить. Олег начал отказываться, сказал, что еще рано. Видимо, уже тогда было плохо со здоровьем. Он обещал, но не прилетел.

Это было видно по его поведению и по тому, как он себя позиционировал в общениях, где были его коллеги. Я думаю, что Олег понимал, что он артист номер один. Ему было приятно, что к нему так относятся, уважают, что он стал артистом года, играл у Тарковского. Он был похож на артиста номер один, и он от этой мысли не отказывался. Своей трубкой он придал еще большего значения себе.

У Олега много достойных ролей, но то, что он сделал у Тарковского в «Зеркале» и «Ностальгии», уже вписало его в историю мирового кино. И особенное счастье то, что он попал в руки Тарковского. Ведь он выражал авторскую мысль в фильме «Ностальгия». В «Зеркале» Олег очень похож и на Отца по психофизике, пластике, комплекции, очертаниям лица. Даже больше, чем с Анатолием Солонициным, которого Андрей выбрал, чтобы тот отражал его душу на экране, и провел через многие свои фильмы. И это абсолютное попадание. Но Олег, безусловно, артист Тарковского.

— Причем он был потрясающим дедушкой. — Семья являлась для него абсолютно непререкаемой ценностью, – вспоминает в документальном фильме Первого канала режиссер Валерий Тодоровский. Трудно себе представить, что этот кинокрасавец возился с внуками.

На втором курсе саратовского театрального училища познакомился со студенткой Людмилой Зориной. В личной жизни актер был однолюбом. Они прожили вместе 46 лет.

— На следующее утро все артисты встречались у входа гостиницы, чтобы вместе поехать на вокзал. — Закончились гастроли в Питере, – делится Александр Лазарев-младший. Это было не похоже на него. Не было только Янковского. Когда все забеспокоились и собирались идти в его номер, он вышел взъерошенный, увидел автобус и закричал: «Простите, братцы, проспал, хуже Абдулова!» Ведь он невероятно пунктуальный.

Совместная работа быстро переросла в настоящую дружбу. На съемках «Обыкновенного чуда» Янковский познакомился с 23-летним Александром Абдуловым. Они были соседями по общежитию, играли в одних спектаклях «Ленкома», их окружала всенародная любовь. И хотя после успеха картины им стали предлагать одни и те роли, актеры ни разу не поругались.

А пригодятся нам качества нашей души – в каком состоянии нашего духа мы ушли в вечную жизнь. Наши все умения – актерские, плотницкие, шахтерские – не пригодятся нам там, где сейчас находится Олег Иванович, к сожалению. Актеры – капризный народ. Что касается этой стороны личности Олега Ивановича, то я был просто в восторге от его долготерпения, приветливости, ласковости, постоянно ровного настроения, отсутствия всяческих капризов по любому поводу. Он никогда не ставил себя выше нас, хотя он был знаменитый актер, звезда. Но от него я ни разу ничего подобного не слышал. Мы тоже были знамениты, но все-таки меньше.

— Когда мы начали сниматься в картине «Царь», у нас было много совместного времени. — Про него как про актера мне сказать нечего: все его знают, все видели его фильмы, – говорит «Антенне» Петр Мамонов, сыгравший с ним в его последнем фильме «Царь» (2009). Он ленкомовец, а я этот театр не очень люблю. До этого времени я относился к Олегу Ивановичу как к актеру очень спокойно. Замечательный Олег Иванович раскрылся для меня, в первую очередь, не как отличный актер, а как замечательный человек. Стали мы жить-поживать и вместе работать.

А я злой старик. Как-то он спросил меня: «Петь, скажи честно, какая моя роль больше всего нравится»? Ну и сказал я ему, что нашему кинематографическому сборищу больше всего нравится его улыбка, которая как светлое солнышко среди всего этого ужаса. Мне ничего не нравится, а врать я не умею. И он не обиделся совершенно, что я его сильно не хвалю.

Когда он ушел, я очень тосковал и сейчас тоскую, что его нет с нами. И вот эта трехмесячная жизнь вместе оставила во мне очень сильный след. А Бог распоряжается так: или человек совсем безобразен – и Он его убирает, или если человек готов к встрече с Ним. Я понимаю, что случайностей нету: жизнью и смертью распоряжается только Бог. Так что Бог взял его в Царствие Божие, когда ему было угодно. Для Олега Ивановича первый вариант исключен: он так много сделал хорошего за свою жизнь и каким он был. Это Царствие любви, той любви, которую мы, работая вместе, видели постоянно в его словах, жестах, интонации и в замечательной улыбке.

Его фигура с трубочкой. Улыбка Олега Ивановича озаряла нашу жизнь. Есть старший. Он сядет – и все хорошо. Он был актер высокого профессионального класса. Он давал очень ценные кинематографические советы – не тогда, когда его никто не просит, а когда что-то не получается.

Как-то мы сидели за отдельным столиком с Ванечкой Охлобыстиным, с Юрой Кузнецовым. Мы много шутили по разному поводу. И все покатились со смеху. И я говорю: «Юр, а мне к первому кусочек получше дали!», а он мне: «Это потому, что они знают, что вы капризный и неприятный человек».

Поэтому мы молимся, и Ваня Охлобыстин молится. У каждого есть и грехи, и качества, которых не следовало бы иметь. Каждый день молимся, чтобы Господь его упокоил.

Потому что это выражение любви или нелюбви. Актерство – не самое главное, главное – какой ты человек и общение, которое дороже всего. Поэтому мы все жутко скучаем с его уходом. Отношения с Олегом Ивановичем были всегда отношениями любви, и это самое редкое в нашем мире. Могилу его я не навещаю – это ничто, но молюсь за упокоение его души. Но надеемся, что скоро встретимся. По нашей неустанной молитве Господь даже может изменить загробную участь. За гробом людям помогает только наша молитва за них.

Его никто не боялся. Он был светлейшим человеком и в отношении всей съемочной группы, гримеров. Когда он появлялся, всем было радостно. Все его любили. Любовь не ищет своего, не завидует, не раздражается, а только милосердствует, терпит и никогда не перестает». В Писании сказано: «Совершенная любовь изгоняет страх. На мой взгляд, он был готов к Царству Небесному, хотя у него были свои грехи явные и довольно видные, но об этом не будем. Вот такая была и у Олега Ивановича.

Он такой был, и она ему досталась. Роль митрополита Филиппа, который был причислен к лику святых, досталась ему не случайно. Это очень высокая роль и хорошая добротная актерская работа. И Господь так судил, чтобы она стала у него последней. И он все оставил и ушел Богу служить. Попробуй сыграть такого человека из боярского рода Колычевых с несметными богатствами – землей, лесами. Нельзя быть плохим человеком и хорошим писателем или актером. Олег Иванович притронулся к нему своей жизнью. Приходится менять жизнь, чтобы сыграть такие роли. Не получается. Если я утром покуриваю и водочку попиваю, а днем играю святого человека – так не выйдет. У меня это началось с «Острова», когда я понял, что не смогу сыграть такое, не меняя своей жизни. Такая роль поднимала его на высокие чувства. Так и тут.

Когда во время съемок Ванечка Охлобыстин таскал его головой по мосту. А было на что обижаться. А она у него была вся в шишках. Он мне говорит: «Петь, посмотри, что у меня с головой». Другой бы прикрикнул, рявкнул на Ваню, который не умеет актерствовать и по мосту этого старичка, а ему уже было 64 года.

Я жил в отдельном доме и не общался ни с кем. Когда я снимаюсь, я люблю жить один, поэтому не могу сказать, какой он был вне съемочной площадки. Вот и вся история. Мы снимались вместе, и нам было очень хорошо. Было очень хорошо, что он такой есть, что он старший, что он мудрый. Это самая главная история – то, что нам всем с ним было хорошо, тепло, любовно, как сейчас говорят, комфортно, но это не то слово. Никогда я не слышал от него злых речей. Великодушие, терпение и кротость – все это у него было. Всех прощал, ни на кого не обижался.

Последний, кто получил звание народного артиста СССР. Карьера: актер театра «Ленком» (с 1973 года до конца жизни); снялся в 85 фильмах, среди них «Щит и меч», «Зеркало», «Мой ласковый и нежный зверь», «Обыкновенное чудо», «Тот самый Мюнхгаузен», «Крейцерова соната», «Стиляги».

Похоронен на Новодевичьем кладбище столицы. Умер: 20 мая 2009 года в Москве.

0